Звёздные судьбы: Джон Янг

7В закладки

Традиционно наибольший интерес людей, изучающих историю космонавтики, привлекают образы таких великих первопроходцев, как Юрий Гагарин или Нил Армстронг. Юрий Алексеевич стал первым, но провел в космосе меньше двух часов, он не управлял кораблем (поскольку полёт проходил в автоматическом режиме), не совершил полного витка вокруг Земли, и больше никогда уже не бывал в космосе. Нил Армстронг первым из людей ступил на поверхность другого небесного тела, но он гулял по Луне всего два с половиной часа и не удалялся от лунного модуля дальше чем на 60 метров. И после возвращения на Землю тоже больше никогда не летал в космос. Мировая известность — это наверное хорошо. Однако я убежден, что личный исследовательский опыт гораздо ценнее. Поэтому я хочу рассказать о жизни и приключениях одного из самых опытных астронавтов XX века. Джон Янг (24 сент. 1930 — 5 янв. 2018) прожил удивительную жизнь. Он был моряком, летчиком и астронавтом. Дважды он летал к Луне, ходил по её поверхности, а еще пилотировал четыре типа космических кораблей. В их числе обычный орбитальный корабль, специальный лунный посадочно-взлетный модуль и многоразовая авиационно-космическая система.
Чарльз Болден, директор NASA в 2009-2017гг., так сказал о нём: «Никогда больше не встречал таких людей как эти двое [Янг и Р. Гибсон]. Все остальные просто забираются в самолет. Джон и Хут надевают самолет на себя. Они просто потрясающие.»

Я родился 24 сентября 1930 года. За день до того на свет появился великий певец в жанре соул Рэй Чарльз. В тот месяц начали издавать комикс «Blondie». Также в год моего рождения появился нарезной хлеб.»

Здесь и далее цитаты из биографической книги Дж. Янга Forever Young: A Life of Adventure in Air and Space

В 1930 также родились еще 13 астронавтов: Базз Олдрин, Нил Армстронг, Майк Коллинз, Пит Конрад, Донн Айзли, Тед Фриман, Эд Гивенс, Джим Ирвин, Дон Линд, Эд Митчелл, Бил Поуг, Том Стаффорд и Эд Уайт.
Отец Джона, Уильям Хью Янг, работал инженером в строительной компании Raymond Concrete Pile Company, и три года строил мосты в Китае.

Отец позднее говорил мне, что китайцы были самыми трудолюбивыми работниками каких он когда-нибудь видел. Если он сделал такой вывод, значит они должны были быть действительно очень трудолюбивыми, поскольку отец сам, что называется, горел на работе. Всего в жизни он всегда добивался своим трудом.

Вернувшись из Китая, отец застраивал район Парк Плаза в Сент-Луисе, там он повстречал секретаршу Ванду Хоуланд. Они поженились и переехали в Сан-Франциско, где отец Янга построил ангар для дирижаблей на базе ВМС Моффетт Филд, одно из самых больших отдельно стоящих сооружений. Стоит до сих пор. Любопытно, что на этой же авиабазе впоследствии построили Исследовательский центр Эймса, а возведенный Янгом-старшим Ангар №1 после реконструкции будет передан для нужд NASA.

Ангар №1 в 1992г.

В 1932 из-за Великой Депрессии отец потерял работу и семья была вынуждена переехать в городок Картерсвилль, Джорджия, на родину отца. Там отец Джона начал работать на автозаправке, которой управляли его дед, Гриффин Уильям Янг.

Отец зарабатывал всего несколько долларов в день. А вокруг нас обитали такие же бедные семьи, как и наша. Окрестные ребятишки бегали в какой-то рванине, иногда в штанах и рубашках, седланный из найденных на улице обрывков ткани. Большинство из них были худы как тростинки, потому что еды не хватало.
Мы жили на Мейн-стрит в большом старинном доме, в котором прежде помещалась школа. В некоторых комнатах на стенах все еще висели доски, и даже кусочки мела еще можно было найти в лотках. Иногда вечером папа рисовал на доске чертежи подвесных мостов. Я же рисовал солдатиков. Времена были тяжелые, и даже в том возрасте я осознавал, что папа не был счастлив.

В четыре года дед научил его читать, и в пять лет маленького Джона приняли начальную школу. Его дядя Уилл имел многотомник «Книга знаний». Эта иллюстрированная энциклопедия, где незамысловатым языком рассказывалось об устройстве мира и разных его диковинах, произвела на мальчика неизгладимое впечатление и распалила его любознательность. Здесь я вижу первую точку бифуркации. Семья, члены которой стоически переносят самые тяжкие невзгоды, находят в себе силы начинать сначала, а также не забывают о необходимости несмотря ни на что заботиться о воспитании детей, — вот тот фундамент, на котором может быть построена карьера будущего астронавта!

Будущий командир экспедиции на Луну грызёт яблоко

В 1936 отец находит более оплачиваемую работу менеджера в транспортном департаменте в Орландо, и семья переезжает в солнечную Флориду. Жизнь вроде бы начинала налаживаться, но тут семью Янгов ждало новое испытание.

Я никогда не забуду ту ночь, когда мою мать забирали из дома. На ней была белая одежда, похожая на пуловер, рукава её были связаны. Позже я узнал, что это называется смирительной рубашкой. Папа сказал нам, что она заболела; ему было трудно объяснить нам, что такое шизофрения. Мама всегда казалась мне нормальной, я никогда не замечал, что она психически больна.

Мать поместили в психиатрическую лечебницу и больше Джон Янг о своей матери не упоминает. Известно лишь, что в 1954г. его отец женился во второй раз.
Отец решает отправить Джона и его брата Хью назад в Картерсвилль, где о них могли бы позаботиться родственники. Удивительно, но несмотря ни на что, Джон продолжал хорошо учиться.

Во втором классе моей учительницей была чудная женщина по имени Динкс Айрик. Вероятно, с годами её стала подводить память, поскольку во время моего полета на Джемини-3, репортерам она описала меня как «чудесного мальчика, всегда учившегося с удовольствием».

Летние каникулы между вторым и третьим классами Джон с братом провели в Аппалачах, в домике на горе Сигнал Маунтин. Там произошло одно примечательное событие.

О том лете у меня остались самые нежные воспоминания, особенно о сэндвичах с домашними томатами, которыми мы закусывали во время ланча. А еще я помню ночь, когда мы пошли на Лукаут Маунтин чтобы посмотреть в телескоп. Это было мое первое знакомство с Луной, с которой позже мне довелось познакомиться гораздо ближе. Телескоп показал мне, что «человек на Луне» это на самом деле не улыбающееся лицо, а обширные плоские равнины, испещренные кратерами. Тогда еще и мечтать нельзя было, что однажды человек сможет там побывать. И мне до сих пор трудно поверить, что я оказался одним из двенадцати, кто это сделал.

Вскоре отец забрал братьев назад во Флориду. После закалки у миссис Айрик, в новой школе Джону учиться было легко. Говорят, учителя Принстонской начальной школы до сих пор показывают детям его лист успеваемости. Кроме хороших оценок, Джон тажке развил хорошую атлетическую кондицию, в чем ему немало помог один рыжеволосый хулиган, частенько преследовавший его по дороге из школы домой, помогая таким образом тренировать бег и выносливость.
В средней школе у него появилось хобби — авиамоделизм. Еще в шесть лет Янг собрал первую модель самолета — одноместный биплан Waco, в двадцатые годы использовавшийся для перевозки почты.

Аэропланы, перевозящие почту, — звучит не впечатляюще для современных детей, но у нас, поколения Великой Депрессии, они вызывали романтический восторг. Чарльз Линдберг, величайший американский пилот, был воздушным трюкачом и почтовым пилотом. За три года до моего рождения, Линдберг первым перелетел Атлантический океан. И до сих пор для меня он остается величайшим героем из всех.
Мы росли, восхищаясь теми, кого мы воспринимали как воздушное рыцарство — от асов Первой Мировой войны Эдди Рикенбейкера и Манфреда фон Рихтгофена, до первопроходцев, таких как Джимми Дулиттл и Вилли Пост. Свои представления мы черпали из груд журналов на авиационную тематику, которые покупали в местной аптеке за карманные деньги.
Авиажурналы и тюбики с модельным клеем наполняли мои «чудесные годы». Меня восхищали не только сами самолеты, но и полеты на них, которые я себе представлял, на высокой скорости, в почти вертикальных наборах, в пикировании на критических углах, в воздушных гонках, проходя маршрут по необычной схеме и с рискованными маневрами, иногда я воображал воздушный бой или штурмовку наземной цели. Это было чудесно! А как чудесно было бы проектировать такие самолеты! Чтобы мчаться на них туда, где ты никогда еще не бывал!
Я любил свой велосипед, ту скорость и крутые развороты, какие я мог на нем делать, но моя жажда движения не могла быть удовлетворена двумя измерениями. Меня влекла романтика воздушного полета. Я пришел в этот мир, чтобы жить и дышать приключениями в воздушном океане.

Но прежде ему пришлось пережить еще одно испытание на прочность. Началась Вторая мировая, отца призвали на фронт. В 11 лет Джон стал главным в семье. В 12 лет он устроился на свою первую работу в местный супермаркет. При этом он продолжал хорошо учиться, а также успешно играл за школьную футбольную команду.

Одна из игр против средней школы Киссимми проходила на коровьем пастбище. Во время игры нам постоянно приходилось смотреть куда ставить ноги чтобы не вляпаться в навоз. Мы выиграли ту игру, бегая и петляя среди коровьих лепешек.

Янг также проявил себя как хороший бейсболист и спринтер, но, к счастью, его не увлекла спортивная карьера. В 1948 году Джон Янг окончил Среднюю школу Орландо. На выпускном вечере директор назвал Янга самым выдающимся учеником СШО, начиная с девятого класса не получавшем других отметок кроме «пятерок». Он также вручил юноше высшую школьную награду — Кубок Выдающегося Гражданина.

У меня не было ни малейшего понятия, что значит быть «выдающимся гражданином». Я не был президентом класса или что-то вроде этого. Самое интересное, что я делал в школе, это подготовка сцены для лекций и школьных спектаклей.

Какое-то время после школы Янг работал в геодезической партии, прорубая тропинки сквозь тропические леса и москитные болота центральной Флориды.

Тогда я и представить не мог, что однажды на другой стороне реки Индиан, на берегу которой начался наш путь, там, где потом возникнет Космический Центр им. Кеннеди, я буду сидеть верхом на ракете, готовый лететь на Луну.

У семьи Янгов не было средств, чтобы оплатить дальнейшую учебу Джона. Однако существовала программа подготовки офицеров запаса NROTC, по которой ВМС США могли оплатить для молодого человека обучение в техническом ВУЗе, а выпускник затем получал военную квалификацию и был обязан отслужить во флоте. Для Янга это была прекрасная возможность не только получить высшее образование, но и стать пилотом военно-морской авиации. В 1948г. он успешно сдал тесты и выбрал Технологический Институт Джорджии в Атланте.

Кстати, в это время тысячи юношей в СССР были фактически лишены возможности поступить в ВУЗ, поскольку в эти годы не только высшее, но даже среднее образование в СССР было платным, о чем мало кто знает. Еще в 1940г. СНК издал постановление №638 «Об установлении платности обучения в старших классах средних школ и в высших учебных заведениях СССР и об изменении порядка назначений стипендий». Суммы платы были относительно доступными для городского населения, однако жители деревень и посёлков, таких советских «картерсвиллей», которые наличных денег почти не получали и работали за трудодни, не могли обеспечить для своих детей даже среднее образование. Кроме того, до миллиона молодых людей в возрасте от 14 лет ежегодно принудительно направляли в фабрично-заводские школы, где они получали минимальные профессиональные навыки, и прикреплялись к какому-нибудь заводу. В своей бесконечной мудрости Великий Менеджер добился того, что количество выпускников средних школ и ВУЗов в стране сократилось в двое. Вот почему, например, Михаил Калашников имел всего 4 класса образования и вынужден был на словах описывать детали своего легендарного автомата, а его жена, имевшая специальность техника-конструктора, делала их чертежи. А большинство членов первого советского отряда космонавтов, в т.ч. Гагарин, Титов, Леонов, высшее образование получили уже после своего первого полета в космос.

Тем временем вторая половина 40-х, начало 50-х годов стали эпохой бурного развития реактивной авиации. В 1947г. Чак Йегер стал первым пилотом, преодолевшим звуковой барьер на ракетоплане Bell X-1. Каждый год в воздух поднимались удивительные аппараты, которые меняли представление о принципах конструирования самолетов. Также семимильными шагами развивалась ракетная техника. Еще в 1946г. американские инженеры запустили трофейную ракету V-2 за линию Кармана по суборбитальной траектории и сделали первые фотоснимки Земли из космического пространства. С 1948г. начались испытания многоступенчатой ракеты. В 1949г. в космос отправили первую обезьяну.

Мир быстро менялся, и я осознавал, что пришел в Технологический институт Джорджии, чтобы научиться работать в этом меняющемся мире, чтобы я мог помочь изменить его еще больше.

Джорджийский технологический славился своим факультетом аэронавтики. Больше всего Янг любил занятия в лаборатории авиационного дизайна под руководством д-ра Джона Харпера, работавшего над задачами по методу «ДАНО — ничего; НАЙТИ — всё». Его лаборатория была известна также под названием Озеро Харпера, поскольку располагалась в подвале ниже уровня земли, и регулярно затоплялась после каждого ливня. В ней студенты проводили по 12-18 часов в день. В последствии такая закалка очень помогла Янгу, и, когда в 1962г. его отобрали в отряд астронавтов, он написал письмо директору Института, где были такие слова: «Годы своей учебы в университете я не променял бы и на миллион долларов. Потому что тогда я научился такой замечательной способности, как работать неопределенно долго днями напролет… Если однажды Конгресс издаст закон о 36-часовом рабочем дне, это будет благословение божие для студентов Джорджийского технологического.»

Во время летних каникул Янг проходил начальную военную подготовку как будущий офицер ВМС. Первую свою вакацию он провел в чине мичмана на линкоре «Миссури», том самом, на борту которого Япония подписала капитуляцию, а еще вы могли его видеть в фильме «Захват». На флагмане американского флота Янг в то лето первый раз пересек Атлантику и побывал во Франции. Он жил в одном кубрике со своим будущим лунным командиром Томом Стаффордом, тогда еще вторым лейтенантом ВМС. В последующие годы в таких круизах Янг изучил все портовые кабаки от Новой Шотландии до Кубы.

Через тернии — в NASA

Янг окончил университет вторым на своем курсе и получил степень бакалавра в области авиастроения. Также он прошел все необходимые тесты для начала лётного обучения, однако в то время как его бывшие однокурсники сразу после университета прямиком направлялись в летные школы, Янг в звании энсина был направлен для прохождения обязательной службы на древний эсминец «Лоус».
В конце 1952 «Лоус» в качестве эскортного корабля при авианосце «Вэлли Фордж» из состава Оперативной группы 77 отправился к берегам Корейского полуострова, где в самом разгаре была война. Но прежде чем столкнулся с врагом, ему сперва пришлось выдержать сражение с ужасными зимними штормами в Японском море. Потрепанный корабль вместо выдвижения к Корейскому полуострову вернулся в Японию для устранения повреждений и очистки корпуса от 250 тонн льда.

Энсин Дж. Янг управляется с семафором на эсминце «Лоус»

Только весной 1953г. эсминец вышел на линию фронта и обрушил ураганный огонь на прибрежные позиции китайцев и северокорейцев. Спустя некоторое время на борт «Лоуса» поднялся очень сердитый полковник армии Южной Кореи и показал Янгу осколок зажигательного снаряда, который упал возле его бункера в двух милях позади линии фронта! Янг, как офицер управления огнем, готов уже был взять ответственность на себя, но впоследствии выяснилось, что штурман вывел эсминец не в тот район. Некоторое время спустя на берег был отправлен отряд офицеров, чтобы на месте оценить эффективность собственной стрельбы. Одним из членов отряда был и Джон Янг. Моряки долго пробирались по колено в грязи к высоте 298, где они должны были встретить корректировщика и увидеть наконец линию фронта. Когда они были уже недалеко от вершины, в грязь между Янгом и энсином Роби упала пуля снайпера. Нам двоим почти не потребовалось времени, чтобы преодолеть последние двести ярдов грязи, — лаконично прокомментировал этот эпизод Янг. Поднявшись на холм, отряд наконец смог познакомиться с особенностями корректировки артиллерийского огня:

Указывая на гряду холмов впереди, он объяснил нам очевидные вещи: если орудия нашего корабля подняты слишком высоко, то снаряды перелетят цель; если же взять прицел чуть ниже, то они упадут перед ней. Убедившись, что мы оценили его ум, корректировщик радировал на «Лоус»: «- Огонь по цели!» Лоус дал залп. Корректировщик сообщил: «Отличная работа! Вы поразили три бункера и двадцать пять ярдов траншей.» Глядя в свой бинокль, я видел как наши снаряды падали возле вершины хребта, но я не видел никаких траншей и бункеров, поврежденных или целых. Сбитый с толку, я спросил корректировщика, что, черт возьми, он делает. «Просто хочу подбодрить ребят», — с улыбкой отвечал тот.
Когда в марте 1953 года мы покидали линию фронта, на нашем счету было 1500 выпущенных снарядов, 19 бункеров уничтоженных, 57 поврежденных, а также сотни ярдов разрушенных траншей. Сколько из этого числа относилось к категории «подбодрить ребят», знает один бог.

Во время этого боевого похода Янг с палубы эсминца с завистью наблюдал за пролетающими над ним самолетами ВМФ. По мнению Янга, минимум один раз над его судном пролетел в своей «Пантере» Нил Армстронг.
В мае 1953 Янг наконец получил назначение в Центр летной подготовки ВМС в Пенсаколе, Флорида. Наконец-то он начал летать. Всё шло хорошо, и Янг уже готовился квалифицироваться как пилот реактивного палубного истребителя, но вместо этого его отправили в школу пилотов вертолетов. Не сложно представить, что разочарованию молодого летчика не было предела. Но, как говорится, всё что ни делается, всё к лучшему. Несколько лет спустя во время набора во второй отряд астронавтов отборочная комиссия задала Янгу вопрос:

Что вам необходимо изучать, чтобы отправиться на Луну?

-Геологию.

-На чем вы должны упражняться, чтобы совершить посадку на Луну?

-На вертолёте. Поскольку на последнем отрезке спуска вам придется двигаться вертикально, как на вертолёте.

Янг успешно освоил несколько типов вертолетов, в т.ч. сложный в пилотировании двухвинтовой H-25, один из полетов на котором закончился для Янга аварийной посадкой после отказа двигателя. Выяснилось, что во время предполетного обслуживания техник забыл в двигательном отсеке комикс, который потом засосало в воздушный тракт двигателя. К счастью, в скором времени Янг вернулся к тренировкам на самолетах. Он освоил несколько типов поршневых и реактивных самолетов и в декабре 1954 младший лейтенант Джон У. Янг наконец получил свои золотые крылья.

Янг с пилотами своей эскадрильи

После выпуска он был зачислен в эскадрилью VF-103, которая получила на вооружение новейшие палубные истребители F9F-6 Cougar. В августе 1956 Янг снова отправляется в боевой поход. Его эскадрилья базировалась на авианосце «Корал Си», который в составе 6-го флота США был отправлен в восточное Средиземноморье, где в это время разгорелся Суэцкий кризис.

Египетские ВВС были сильны. У них были МиГ-15. Советские самолеты летали немного быстрее, намного выше и имели гораздо большую скороподъемность, чем наши F9F. Единственным преимуществом нашей «Пумы» над МиГ-ом было то, что она могла уйти от его в пикировании. Если МиГ пикировал слишком быстро, на скорости 0,92 Маха и выше, пилот терял управление, потому что, в отличие от F9F, у МиГа не было цельноповоротного стабилизатора. К счастью, никаких боев между «Пумами» и МиГами не произошло.

Через два года Янг еще раз вернулся в восточное Средиземноморье на этот раз уже во время кризиса в Ливане. Но теперь с авианосца «Форрестал» он поднимал в воздух первый сверхзвуковой палубный истребитель F8U-1 Crusader, которому МиГи были уже не страшны. Так быстро в те времена менялся мир.
Эта его способность быстро переучиваться и осваивать новую технику в конце концов привела его в 1959 в знаменитый Исследовательский Центр Военно-морской Авиации в Патаксен-Ривер, где наконец сбылась его мечта — он стал пилотом-испытателем. Что значит для одержимого фанатика авиации стать пилотом-испытателем? Учить летать новые самолеты, которые еще никогда не были в воздухе… Но, как обычно, суровая судьба ничего не давала Джону Янгу так просто. Вместо испытательных полетов он был назначен в Отдел испытания вооружений. Мягко говоря, не совсем то, что он хотел. Он продолжал летать, но не с целью изучения лётных качеств нового самолета, а всего лишь для изучения работы систем его вооружения. Тем не менее, и может быть в качестве компенсации от высших сил, Янг принял участие в испытаниях легендарного истребителя F-4 Phantom II, где познакомился с Джимом Ловеллом, будущим командиром корабля Аполлон-13.
В 1961 году Янг, как один из лучших пилотов Центра, был отобран для исследовательских полетов с целью установления рекордов скороподъемности на F-4. Это была кульминация его авиационной карьеры, и случилась она как нельзя вовремя.

Янг на фоне рекордного F-4

В апреле 1962 NASA анонсировало набор во Второй отряд астронавтов для участия в Программе «Джемини». Большинство заявок поступило конечно же от военных. И если в ВВС проводили внутренний конкурс, то командования ВМС и Корпуса морской пехоты направили в NASA анкеты всех своих пилотов, которые соответствовали заявленным критериям. В их числе был и Янг, который тогда еще и не мечтал о карьере астронавта. Отборочная комиссия из 253 кандидатов отобрала 32 финалиста, которых пригласили на авиабазу Брукс для проведения медицинского освидетельствования. В итоге осталось девять кандидатов, которые впоследствии стали известны как Новая Девятка. Вероятно, это был самый звездный отряд американских покорителей космоса. Среди них был первый американец, вышедший в открытый космос, первый человек, ступивший на поверхность Луны, а так же первый американец, погибший при испытании ракетной техники.
17 сентября новый звездный отряд был представлен публике. На пресс-конференции каждый из новоиспеченных астронавтов произнес традиционное пафосное слово.
«Мне нравится быть в числе первых», заявил Фрэнк Борман, сорвав аплодисменты. «Я хочу быть частью этого», поддержал его Пит Конрад. «Много лет назад я решил для себя, что если бы представился шанс, я бы вызвался полететь в космос». Ловелл продолжал в том же духе: «Соглашусь со своим товарищем. Я тоже заинтересовался космосом несколько лет назад». Эллиот Си сказал: «Мне кажется, что это самое интересное и самое важное, что могу сделать в жизни». «Это честь для меня, представлять 180-миллионную американскую нацию. Думаю, что смогу сделать свой вклад в эту программу», добавил Том Стаффорд.

К несчастью, я не смог придумать что сказать. Выступая последним, единственное что я смог заставить себя произнести, было: «Согласен со всеми этими восемью парнями». К моему глубокому удивлению, моя реплика вызвала взрыв смеха и самые неистовые аплодисменты. Эта одна из моих особенностей: я кажусь людям забавным, когда на самом деле я изо всех сил пытаюсь быть очень серьезным.

После посвящения в герои, начались месяцы изматывающих тренировок. Первоначально Янг должен был лететь с Уолли Ширра на корабле Джемини-5, и они должны были осуществить первую в мире стыковку с беспилотным модулем Аджена. В экипаж первой пилотируемой миссии, Джемини-3 отобрали Алана Шепарда и Тома Стаффорда, однако у Шепард внезапно обнаружили неизлечимый в те годы синдром Менье, и он выбыл из отряда астронавтов. В запасной экипаж включили Гаса Гриссома и Фрэнка Бормана. Борман отказался работать с Гриссомом, у которого был тяжелый характер. И вот неожиданная удача — на место пилота назначили Янга, который сдружился с Гриссомом во время курсов выживания в Панаме.

Новая Девятка NASA (нижний ряд: Конрад, Борман, Армстронг, Янг. стоят: Си, Макдивитт, Ловелл, Уайт, Стаффорд)

Следует сказать, что, в отличии от первых советских космонавтов, астронавты NASA, являясь квалифицированными инженерами, занимались не только личной предполетной подготовкой, но также принимали непосредственное участие в разработке и тестировании разных систем корабля. Обычно каждый астронавт концентрировался на какой-нибудь одной системе. Янг плотно занимался системой жизнеобеспечения кораблей семейства Джемини. В частности, он приложил руку к созданию знаменитого NASA-вского пакета для испражнений, а также изобрел палку-закрывалку для люка Джемини, с помощью которой впоследствии Макдивитт запрессовывал Эда Уайта, первого американца в космосе, обратно в кресло. В ходе этой работы Янг 45 раз летал из Хьюстона в Сент-Луис, где когда-то познакомились его родители, а теперь там был завод «Макдоннел», на котором строились корабли Джемини.

В окончательном отчете по Gemini III было указано, что мы с Гасом потратили порядка 40 часов на испытания космического корабля для нашего полета, но, по правде говоря, испытания заняли примерно 300 или 400 часов. Много раз на заводе «Макдоннел» мы проводили в космическом корабле весь день и всю ночь. Тестирования первого пилотируемого корабля «Джемини» проводили так: они устанавливали какую-либо систему, проверяли ее, извлекали, ставили другую систему, проверяли её и снова снимали. Затем они собирали в кучу несколько систем, прогоняли их вместе и снова вынимали. Внимание к деталям было действительно экстраординарным.
В те дни это было ключом к пониманию того, как работает космический корабль. У нас был симулятор корабля «Джемини», но возможности симуляторов космических кораблей в то время все еще оставляли желать лучшего. Поэтому нам просто нужно было взять и разобрать этот корабль до последнего винтика.
Тесты были опасные. Заполнение чистым кислородом капсулы в тесте предстартовой подготовки вызывало беспокойство.
Когда Гас захотел провести испытания двигателей системы ориентации, руководитель тестовых операций сказал нам: «Если вы чувствуете запах монометилгидразина, это значит что вы уже мертвы».
Что касается запаха ММГ в капсуле Джемини-3, то я клянусь, что чувствовал его, и я до сих пор жив. Гас сказал, это потому, что у меня большой нос. Каким образом он смог пережить этот тест, он говорить не стал.

За 5 дней до полета Джемини-3, в открытый космос вышел Алексей Леонов. Янг признается, что американские астронавты мало внимания уделяли успехам русских, в основном концентрируясь на своей работе. Возможность выхода в открытый космос в миссии Джемини-3 всерьез не обсуждалась, хотя технически была осуществима. Гораздо большее влияние на программу оказал научно-фантастический роман «Затерянные в космосе» (Marooned) Мартина Кейдина, вышедший в конце 1964г. Книга, в которой описана авария космического корабля на орбите, в результате которой он не мог вернуться на Землю, произвела большое впечатление на лоббиста NASA сенатора Олина Тига. Он пришел к Дж. Уэббу, директору NASA, и спросил, может ли описанная ситуация произойти на самом деле. Специалисты сказали, что это может произойти в случае двойного отказа в системе увода корабля с орбиты. Стали искать способ справиться с этой проблемой. Было предложено использовать двигатели системы ориентации для схода с орбиты. И практически до самого запуска Джемини-3 обсуждалось предложение опробовать этот рискованный маневр в этой миссии. К счастью, от этой затеи отказались. Примечательно, что в миссии Джемини-8 произошла ровно обратная ситуация — Нилу Армстронгу пришлось использовать двигатели системы торможения для стабилизации корабля на орбите.

Космический контрабандист
Янг и Гриссом перед стартом Джемини-3

В четверг, 23 марта 1965 года, стартовал корабль Джемини-3, позывной Молли Браун. Этот позывной выбрал командир экспедиции Гас Гриссом в честь Непотопляемой Молли Браун, пережившей катастрофу «Титаника», и в честь которой на Бродвее поставили одноименный мюзикл. Гриссом во время своего первого полета на корабле Меркьюри-4 пережил несколько неприятных мгновений, т.к. после приводнения капсула зачерпнула воды и утонула. NASA возражало против такого легкомысленного названия, тогда Гриссом предложил позывной «Титаник», и NASA согласилось на Молли Браун.
Янг и Гриссом в течении полутора часов переживали все нервирующие этапы предстартовой подготовки. Техники входили и выходили в корабль буквально до последней минуты. За 35 минут до старта отсчет был остановлен из-за небольшой утечки окислителя, и астронавты некоторое время пребывали в неведении, устранят ли проблему, или отменят старт. Наконец, было дано разрешение на старт Джемини-3.

Раздалось громкое шипение чистого кислорода, вытесняющего воздух из модуля. У меня затряслись коленки: использование чистого кислорода всегда пугало меня. Мы почувствовали, как выравниваются двигатели ракеты. Я слышал, как щелкают изолирующие клапаны системы ориентации и маневра корабля, как отошла башня. Мы стартовали в 9:24 утра, на двадцать четыре минуты позже запланированного. И это было великолепно!
Гас уже летал на «Меркьюри» и он знал, чего ожидать, я же пребывал в неведении. Зажигание двигателей оказалось не таким громким, как в симуляторе. Отрыв произошел очень гладко — настолько, что я даже посмотрел на таймер, чтобы убедиться, что старт уже начался. Кстати говоря, было намного меньше шума, чем на наших симуляциях.
Настоящая неожиданность произошла через две с половиной минуты после начала полета, когда сработали пироболты во время разделения ступеней, и наше ускорение резко снизилось с шести g до единицы. Когда заработал двигатель второй ступени, возникло то, что мы называли «полный огонь»: внезапная вспышка желто-оранжевого пламени, которая пронеслась мимо борта космического корабля, охватив его устрашающим свечением. Это произошло так быстро, что даже не было времени среагировать. Если бы пламя не исчезло, я бы наверное начал нервничать. Но я знал, что это было. Когда вторая ступень вывела нас в космический вакуум, пламя, охватившее космический корабль, расширилось во всех направлениях. Цвет был потрясающий.
От вида в иллюминаторе у меня перехватило дыхание. Я мог видеть горизонт, и облака, и мог оценить свою скорость. Никогда не забуду свой первый взгляд вниз на матушку-Землю. Во истину, вам никогда не понять этого, пока вы сами не окажетесь там. Глядя вниз, я видел, как земля проносилась подо мной. Небо было ослепляюще черным, океан был ослепительно синим, а облака казались клочками ваты, лежащей на воде. Поднимаешься на сотню миль вверх, и тебе открыт весь мир. Это было действительно нечто. Двадцать минут, и ты над Африкой — как вам такое!

В целом первый пилотируемый полет корабля Джемини прошел успешно и подтвердил все основные характеристики. Однако, огромный резонанс получило ничтожное на первый взгляд событие. Перед стартом великий космический шутник Уолтер Ширра купил в продуктовом магазине обычный американский сэндвич с ветчиной. Что может быть безобиднее? Ширра передал сэндвич Янгу, тот нелегально пронес сэндвич на борт космического корабля в кармане своего скафандра. В полете, в период времени, отведенный для приёма пищи, Янг извлек сэндвич, но в невесомости тот начал распадаться, и они с Гриссомом от греха подальше убрали его обратно в пакет. Но из этой мухи пресса внезапно раздула огромного слона. Возбудились несколько конгрессменов, которые выдвинули против астронавтов обвинение в том, что поедание контрабандного сэндвича на орбите отвлекло их от употребления специальной космической пищи, качество которой они должны были оценить согласно программе исследования, что якобы стоило налогоплательщикам несколько миллионов долларов.
В Комитете по ассигнованиям Палаты представителей состоялись слушанья по делу о «Сэндвиче стоимостью в 30 миллионов $».
Конгрессмен Джордж Шипли: — Я думаю, что… что, если один из астронавтов проносит сэндвич на борт этого аппарата, это, знаете ли, совершенно недопустимо.
Д-р Джордж Мюллер (администрация управления пилотируемых программ): — Мы уже проделали некоторые шаги чтобы предупредить появление сэндвичей с ветчиной в будущих полетах.
Д-р Роберт Гилрут (директор Космического центра им. Джонсона): — Но ведь такие вещи помогают снять напряжение во время работы.
Джеймс Уэбб (директор NASA): — Я не согласен с тем, чтобы Вы были терпимы к подобного рода нарушениям.

Все астронавты были поражены, насколько непропорционально большое и искаженное значение было предано этому случаю с сэндвичем. Это была совершенно незначительная часть нашего полета на Джемини, и она привлекла гораздо больше внимания, чем того заслуживала. Мы совершили три оборота вокруг Земли. Гас проделал отличную работу, полностью протестировав всесь корабль. На «Молли Браун» были 12 различных систем, и Гас проверил каждую из них, во всех режимах. Мы проверили всё. Это был поистине образцовый испытательный полет с точки зрения инженера.
Всё происшествие с сэндвичем заняло едва ли две минуты из пяти часов сорока четырех минут полёта. И в сэндвиче даже не было горчицы. Не было даже маринованного огурчика.

Тот самый сэндвич, залитый в эпоксидную смолу. Credit: atlasobscura.com
Победы и потери

В середине 1960-х, пока Советский Союз ставил громкие, но бессмысленные рекорды в космосе, американцы планомерно готовились к покорению Луны. Джемини был первым в мире космическим кораблем, способным к орбитальным маневрам. Однако важно не это, а то, что пока на Земле строился лунный корабль «Аполлон», американские астронавты с помощью Джемини на околоземной орбите отрабатывали основные этапы будущей лунной миссии кроме собственно самой посадки на Луну. С помощью Джемини американцы отрабатывали работу в открытом космосе, орбитальное маневрирование, в т.ч. групповой полет двух маневрирующих кораблей, и стыковку на орбите. Постепенно США начали лидировать в космической гонке. Но этот прогресс был оплачен дорогой ценой.
28 февраля 1966г. астронавты Чарли Бассет и Эллиот Си выполняли рутинный перелет из Хьюстона в Сент-Луис, где на заводе «Макдоннел» заканчивалась сборка их корабля для миссии Джемини-9. Из-за плохой видимости при заходе на посадку их Т-38 задел крылом сборочное здание №101, в котором находился их космический аппарат. Астронавты погибли мгновенно. Удивительно, но их корабль не пострадал и через два дня был отправлен на мыс Канаверал. Зато обломками крыла была повреждена стоявшая рядом капсула будущего корабля Джемини-10, на котором предстояло лететь Янгу.

На меня была возложена обязанность сообщить Мэрилин Си о трагедии. У Мэрилин и Эллиота было трое маленьких детей. По соседству с семейством Си жили Ловеллы. Мэрилин Ловелл, жена Джима, была хорошей подругой Мэрилин Си, поэтому я сперва решил позвонить ей.

— Мэрилин, это Джон Янг из Центра.

— Как дела, Джон? — настороженно поинтересовалась она.

— Не очень. Произошел инцидент. Не с Джимом, — добавил я поспешно. — Джим в полном порядке. Но Чарли Бассет и Эллиот Си — уже нет. Они погибли этим утором во время посадки в Сент-Луисе из-за плохой погоды.

После долгой паузы она спросила:

— Мэрилин уже сообщили?

— Нет. Поэтому я и звоню тебе.

— Ты хочешь, чтобы я пошла и сказала ей, что Эллиот погиб? — воскликнула она, повышая голос.

— Нет, я хочу, чтобы ты сделала кое-что еще более трудное. Я хочу, чтобы ты НЕ говорила ей. Кто-нибудь должен побыть с ней сейчас, но не говорить ей ничего пока я не приеду и не извещу её официально. Мы не можем допустить, чтобы какой-нибудь оголтелый газетчик вломился в её дом. Ты же помнишь, что произошло когда погиб Тед Фриман, не так ли?

В октябре 1964 года во время тренировочного полета на Т-38 разбился астронавт Тед Фриман. При заходе на посадку его самолет врезался в стаю диких гусей. Одна из птиц разбила остекление фонаря кабины. Осколки плексигласа попали в воздухозаборники двигателей, вызвав пожар обоих. Фриман катапультировался, но он был уже слишком низко. Фриман стал первым погибшим астронавтом. Первым на пороге его дома оказался репортер одной из хьюстонских газет. Услыхав новость, что она только что стала вдовой, Фэйт Фриман впала в истерику.
Мэрилин Ловелл хорошо помнила тот день и пережитое Фэйт Фриман потрясение. И она абсолютно четко понимала, что подобное больше никогда не должно повториться.

— Да, Джон. Я это сделаю.

— Спасибо, Мэрилин, я знаю как это тяжело. Все здесь благодарны тебе за помощь.

Когда через двадцать минут я остановил машину у дома Си, Мэрилин была уже там. Они с женой Эллиота пили кофе на кухне. Мэрилин Ловелл сидела напротив окна, и могла видеть кто подъезжает к дому. Мэрилин Си мгновенно поняла, что что-то случилось, потому что официальные лица из NASA не посещают дома астронавтов без особой причины. Мэрилин Ловелл открыла дверь и впустила меня на кухню, где молодая женщина, уже ставшая вдовой, все еще сидела, обхватив себя руками. Когда я посмотрел в глаза Мэрилин Си, она в ту же секунду поняла, что её мужа больше нет.

Экипаж Джемини-10

На удивление, 18 июля 1966г. точно по расписанию стартовал Джемини-10, командиром которого был Джон Янг. Целью полета была стыковка с мишенью Аджена. Старт прошел отлично, за исключением того, что после разделения взорвалась первая ступень, окутав корабль красно-желтым облаком пламени. Первым делом, на орбите астронавты провели эксперимент с навигацией по секстану, как моряки времен Колумба. Из-за недостатка топлива пришлось отказаться от пробных стыковочных подходов к Аджене, и стыковаться с первой попытки, что Янг проделал блестяще. Затем с помощью двигателей Аджены корабль был переведен на более высокую орбиту.

Меньше чем за пятнадцать секунд мы поднялись на 475 миль вверх — новый рекорд скороподъёмности.

«Джемини-10» вышел на рекордную для пилотируемых аппаратов орбиту с апогеем в 763 км. На сколько мне известно, это был рекорд высоты, который никогда не был побит ни советскими, ни (пока) российскими космонавтами. Здесь были проведены эксперименты по изучению воздействия прохождения радиационных поясов на человека. Затем орбиту понизили до 394 км, началась охота на Аджену-8, с которой до этого стыковался Джемини-8.

Джемини-10 и Аджена

Во время выхода Майка Коллинза в открытый космос Янгу приходилось удерживать корабль в таком положении, чтобы прямые солнечные лучи через открытый люк не падали на кресло Коллинза, пока он был снаружи. Потому что нагрев кресла мог спровоцировать срабатывание катапультных зарядов. Это осложнялось еще и тем обстоятельством, что в начале ВКД Коллинз должен был снять с корпуса корабля детектор микрометеоритов, и при этом он находился рядом с двигателями системы ориентации корабля, по радио сообщая Янгу какой двигатель в данную минуту он не должен задействовать.
Затем предстояла сложная операция сближения с неуправляемой Адженой-8. Янг подвел и удерживал корабль на расстоянии около 3-х метров от мертвого аппарата, а Коллинз совершил переход на него через открытый космос и снял с Аджены коллектор микрометеоритов. Прогулка была не из легких.

Втащить назад его, окрученного несколькими футами страховочного троса, было непросто, скажу я вам! Когда он забрался внутрь, я сделал всё что мог, чтобы помочь ему выпутаться из него, но трос был настоящим монстром, питоном, сжавшим ноги моего товарища и закрывавшим приборную панель.

27 января 1967г. во время наземных испытаний командного модуля будущего корабля Аполлон-1 возник пожар. Погибли астронавты Роджер Чаффи, Эд Уайт, Гас Гриссом, близкий друг Янга. Пилотируемые полеты были прерваны на полтора года. Только 11 октября 1968г. полетел Аполлон-7 с экипажем на борту. NASA предполагало долгую программу пилотируемых испытаний командного и лунного модулей на орбите Земли, и над мечтой Джона Кеннеди о высадке на Луне до концы 1960-х нависла угроза. Но тут невольно помог СССР. Американская разведка установила, что СССР готовится испытать пилотируемый корабль для лунной миссии. В конце августа 1968г. Янг направил директору пилотируемых программ меморандум, в котором указывал, что: «…если русские обойдут нас и первыми окажутся на орбите Луны, американскому обществу будет непросто осознать разницу между лунной орбитой и высадкой на поверхность. Таким образом, русские выиграют лунную гонку.»
И действительно, через две недели советский беспилотный корабль Зонд-5 облетел Луну. Через месяц за ним последовал Зонд-6. Однако, американские специалисты переоценили состояние советской лунной программы. Это, а также то обстоятельство, что лунный модуль еще не был готов для интегральных испытаний, подвигло NASA на невиданный риск — уже вторая пилотируемая миссия, Аполлон-8, унесла людей за пределы гравитационного влияния Земли. Рождество 1968 года Фрэнк Борман, Джим Ловелл и Билл Андерс встречали на орбите Луны. Без сомнения, до того, как Армстронг оставил первый след в лунной пыли, экспедиция Аполлон-8 воспринималась современниками как величайшее достижение в истории человечества.
В марте 1969г. в миссии Аполлон-9 на околоземной орбите были проведены интегральные испытания командного и лунного модулей на всех этапах лунной миссии.

Самый одинокий человек во Вселенной

Миссия Аполлон-10, в которой Янг был назначен пилотом командного модуля (ПКМ), была уже в полной лунной конфигурации, и технически могла осуществить высадку человека на поверхность Луны. Однако NASA уже вернулось в свое обычное перестраховочное состояние, и решило провести еще одну, генеральную репетицию.
18 мая 1969г., за два месяца до исторического полета Аполлон-11, стартовал корабль Аполллон-10, командир Т. Стаффорд, пилот КМ Дж. Янг, пилот ЛМ Юджин Сернан. Янг образцово выполнил маневр перестроения отсеков, стыковку с лунным модулем, отделение от последней ступени РН «Сатурн» и переход на окололунную орбиту в начале четвертого дня полета.
Дотошные американские исследователи установили, что члены экипажа Аполлон-10 стали наиболее удалившимися от дома путешественниками в истории, поскольку во время их полета расстояние между Землей и Луной было наибольшим за все пилотируемые лунные миссии, а кроме того, в тот момент, когда они находились в самой далекой точке орбиты за обратной стороной Луны, город Хъюстон, где жили их семьи, также находился на обратном по отношению к Луне полушарии Земли. В итоге, это расстояние оценивается в рекордные 408 950 км. Как тебе такое, Одиссей?

Экипаж Аполлон-10

Спустя сутки состоялось отделение лунного модуля «Снупи» со Стаффордом и Сернаном на борту, от командного модуля Чарли Браун, в котором остался Янг. Он стал первым человеком, облетевшим Луну в одиночестве, и на короткое время — самым одиноким человеком во Вселенной, поскольку когда лунный модуль осуществлял имитацию посадки на видимой стороне Луны, а командный модуль, летя по орбите, оказывался на её противоположной стороне, расстояние между Янгом и ближайшим человеческими существами (в ЛМ) составляло диаметр Луны плюс разность высоты орбит, т.е. около 3500 км.
Хотя Аполлон-10 был технически полностью готов для осуществления высадки, NASA решило использовать его для финальной проверки всех этапов миссии за исключением собственно самой высадки. Стаффорд и Юджин Сернан пролетели над поверхностью Луны на минимальном расстоянии меньше 15 километров. На Земле на такой высоте летают реактивные истребители. Впервые глаз человека видел другое небесное тело так близко. Трудно представить себе, что они чувствовали в тот момент. Почти коснуться Луны и улететь обратно. Существует легенда, что администраторы NASA, опасаясь, как бы Стаффорд и Сернан самовольно не осуществили незапланированную высадку человека на Луну, велели недолить топлива в баки взлетной ступени лунного модуля, в результате чего они не смогли бы вернуться назад. В последствии Сернан всё же побывал на Луне. На сегодняшний день он является последним человеком, который ходил по поверхности Луны. А Стаффорд больше никогда не покидал околоземную орбиту.

«Снупи» почти достиг Луны

Примечательно, что после того как экипаж перешел обратно в командный модуль, лунный модуль был отстыкован и, в отличии от других миссий, не был направлен на поверхность Луны, а выведен на гелиоцентрическую орбиту. И сейчас «Снупи», именуемый в каталогах как объект 2018 AV2, вращается вокруг Солнца по собственной орбите и является на сегодняшний день единственным оставленным в космосе пилотируемым кораблем и представляет большой интерес с точки зрения астроархеологии. Также во время этой экспедиции земные астрономы наблюдали на Луне загадочные вспышки, известные как Кратковременные Лунные Явления, а на записи переговоров экипажа были отмечены таинственные звуки неизвестного происхождения, которые уфологи назвали инопланетной музыкой.

Экипаж Аполлон-10 делится бесценным опытом с экипажем будущего Аполлон-11. credit: hq.nasa.gov

За историческим полетом Аполлона-11, ПКМ в котором был его приятель Майк Коллинз, Янг следил из ЦУПа в Хьюстоне. Позже он был назначен командиром дублирующего экипажа Аполлона-13. За неделю до старта, у Чарльза Дьюка из дублирующего экипажа была обнаружена краснуха. И, поскольку оба экипажа тренировались вместе, их всех проверили и выяснили, что ПКМ из основного экипажа, Кен Маттингли, не имел иммунитета к этой детской болезни, и за два дня до старта его на всякий случай заменили дублером! Можно только догадываться, какая буря бушевала в душе Маттингли. Однако очень скоро он возблагодарил небеса, что не оказался внутри терпящего бедствие Аполлона-13, а позже он всё-таки посетил Луну в экипаже Янга, хотя и не ступал на поверхность.
Сам же Янг после старта Аполлона-13, командиром которого был его друг Джим Ловелл, был оператором связи в той миссии.

— Хьюстон, у нас проблема, — в один прекрасный момент сказал ему Джим.
Следующие 90 часов без сна и отдыха Янг провел в ЦУПе и на симуляторе лунного модуля, вместе с другими специалистами пытаясь придумать способ спасения для астронавтов.
После благополучного возвращения Аполлона-13, началась интенсивная подготовка Янга к его второй лунной миссии на Аполлоне-16. В отличии от первых трех высадок на Луну, в которых в основном тестировался сам корабль, астронавты втыкали флаг, собирали немного грунта и проводили несколько экспериментов, последние три миссии (15,16,17) концентрировались на всестороннем научном изучении Луны. Значительно увеличилась продолжительность пребывания людей на Луне, также в этих миссиях использовали лунный ровер.
16 апреля 1972г. стартовал Аполлон-16, состоящий из командного модуля «Каспер» и лунного модуля «Орион». В отличии от первого путешествия Янга к Луне, в этот раз всё шло не так гладко. Уже в первые часы полёта начались мелкие технические неприятности, которые грозили сорвать миссию и нервировали экипаж. Напряжение достигло апогея на пятый день, когда Янг и Дьюк перешли в лунный модуль, отстыковались от командного модуля и начали готовиться к посадке. Внезапно у «Каспера» возникли серьезные проблемы с главным двигателем. Возникла ситуация, похожая на ситуацию с Аполлоном-13: в случае отказа двигателя Каспера, лунный модуль должен был стать «спасательной шлюпкой» и вернуть экипаж на Землю. Это означало отмену высадки на Луну. В течении следующих 6 часов астронавты с тревогой ожидали, пока специалисты на Земле примут решение. Именно этот момент Джон Янг считал главным переломным событием в своей жизни. Неспроста описание этого тревожного ожидания на орбите Луны стало прологом к его биографической книге.

Мы боялись, что нам, как и астронавтам Аполлона-13 двумя годами и месяцем ранее, пришлось бы вернуться домой, если бы мы вообще смогли, так и не ступив на поверхность благословенной Луны. И вместо того, чтобы вернуться в качестве героев, которым удалось спасти свой поврежденный космический корабль и свои жизни в потенциально смертельной катастрофе, как это удалось Джиму Ловеллу и его команде, мы приземлились бы как недолунные астронавты, которые не смогли преодолеть выпавшие на их долю испытания или, что еще хуже, просто облажались.

И всё-таки инженеры NASA дали добро на посадку. Янг включил двигатель посадочной ступени, и через 12 минут и 10 секунд Орион опустился на поверхность Луны в области высокогорного плато Кэйли, что неподалеку от кратера Декарт.

Экипаж Аполлон-16

21 апреля 1972 года наружный люк Ориона был открыт, и командир экспедиции Джон Янг первым спустился на поверхность спутника Земли.

В тот самый момент, когда я ступил на поверхность, я ощутил триумф, не только за себя и своих товарищей, но также и за 400 000 американцев, участвовавших в программе Аполлон. Я воздел вверх обе руки со сжатыми кулаками, и выдал не заготовленную заранее фразу: «А вот и вы, загадочные и незнакомые горные равнины Декарта. Аполлон-16 изменит представление о вас.» Этим я хотел сказать, что, если наши геологические изыскания пройдут удачно, это продвинет научное понимание Луны далеко вперед.

Это была уже пятая высадка человека на Луну. Американское общество воспринимало эти экспедиции уже как рутину. Все пафосные слова уже были давно сказаны. Поэтому Янг, со свойственной ему детской непосредственностью, добавил:

Я очень рад, что Братца Кролика бросили сюда, в его родной терновый куст.

Джон Янг салютует американскому флагу в прыжке

И вот он, Джон Янг, стоит на поверхности другого небесного тела, в чужом безмолвном мире, а в черном небе висит Земля. Она очень красива со своими голубыми пятнами океанов и белыми мазками облаков, но она видима вся целиком и она сейчас настолько мала, что он может закрыть её пальцем. А ведь там остались все те миллиарды людей, которые составляют Человечество. На этом маленьком разноцветном шарике сейчас находятся все политики, киноактеры, спортсмены, музыканты, писатели и ученые мира, там остались все его родные и почти все друзья. И ведь всего лишь тридцать с небольшим лет назад он сам, босоногий вечно голодный мальчишка в обносках, бегал по поверхности этого мраморного шарика с самодельным самолетиком в руках. Тогда он восхищался бипланами, летавшими со скоростью гоночного автомобиля. Прошло не так уж много времени по меркам мировой истории, и самая большая в мире ракета разогнала его до скорости больше десяти километров с секунду, и вот он стоит на Луне. На той самой Луне, на которую он когда-то любовался в маленький телескоп. Янг и Дьюк провели на Луне три замечательных дня, вдоволь накатались на лунном ровере, собрали много ценных камней, и даже устроили лунную олимпиаду, в общем, развлекались как могли. Более подробное описание их приключений можно прочесть тут.

Гран-при Луны ’72. За рулем Джон Янг.
Триумф пилота

В январе следующего, 1973 года, Янг был назначен главой отдела Спейс Шаттл при Бюро Астронавтов. Эта организация занималась мониторингом, контролем и технической оценкой всех программ NASA, включающих деятельность астронавтов, а также разработкой программ обучения для астронавтов и обслуживающего персонала. Эта работа предполагала активное вовлечение в производство новой техники опытных астронавтов, чтобы они с позиции своего богатого летного опыта могли вносить дельные замечания и предложения в проекты. И команда Янга активно этим занималась. Выбор Янга на эту должность не был случайным, ведь он занимался инженерным анализом авиационных систем еще в Патаксен-Ривер, пока другие летали. Ровно через год Янг неожиданно для самого себя был назначен директором всего Бюро и оставался им до 1987г. Под его началом осуществлялась программа Союз-Аполлон. Неожиданно в подчинении Янга оказались двое из его бывших боссов: Том Стаффорд, командовавший в миссии Аполлон-10, и Дик Слейтон, который был главой Бюро в программах «Джемини» и «Аполлон»

Наблюдать за моим старым начальником, Диком, во время его тренировок было немного непривычно, пожалуй, для нас обоих.

Теперь Янг сам стал большим начальником, и вышел на международный уровень. По случаю символического окончания Космической гонки, советская делегация посетила Космический центр им. Кеннеди. Янг вспоминает такой эпизод на совместном обеде:

Я сидел рядом с русским, которого мне представили как их главного конструктора. Я поинтересовался у него: «А ваши инженеры работают над космическим челноком?». «Конечно,» — ответил он. Тогда человек, сидящий по другую сторону от него, без сомнения оперативник КГБ, жёстко ткнул его локтем. «Ну, может быть и работаем, а может и нет,» — поправил себя конструктор.

Такая неадекватная секретность демонстрировала еще одно поразительное различие между Америкой и СССР. Если советские граждане узнали о существовании программы «Буран» только после того, как советский челнок успешно приземлился после первого полета, то программа Спейс Шаттл почти с самого начала была общественным событием в США. Достаточно сказать, что имя для первого прототипа шаттла, который никогда не летал в космос, а служил только для атмосферных испытаний, выбирали буквально всей страной. Остановились на легкомысленном названии «Энтерпрайз» в честь корабля из научно-фантастического сериала для подростков.

«Колумбия» перед стартом

Янг лично контролировал «Энтерпрайз» во время его первого свободного полета, пилотируя самолет сопровождения. А затем Янг был назначен командиром экипажа первой пилотируемой орбитальной миссии шаттлов STS-1, шаттл «Колумбия». Таким образом Янг стал первым человеком, совершившим пять космических полетов, и первым человеком, пилотировавшим четыре разных типа космических аппаратов, если считать за отдельный аппарат лунный модуль Аполлона. Это достижение нынче считается недостижимым, мол, слишком медленно вводятся в строй новые типы кораблей. Но поживем — увидим. Он таже стал первым, кто ввел в эксплуатацию два разных типа кораблей (Джемини и Шаттл). Шаттл представлял собой удивительное творение, своего рода тройной гибрид. Он не был полезной нагрузкой как Буран в системе «Энергия-Буран», но сам являлся ракетой-носителем на старте, универсальным космическим кораблем на орбите, и гиперзвуковым самолетом при возвращении на Землю.
Экипаж STS-1 состоял всего из двух человек (Янг, Криппен), хотя космический челнок был рассчитан на экипаж до семи астронавтов и имел герметичный объем в 74 м3. Впервые в своей космической карьере Янг узнал, что значит свободно летать в невесомости, не задевая напарников или стенки корабля. Шаттл, имевший размеры небольшого авиалайнера, и на сегодняшний день остается самым большим из пилотируемых космических кораблей.
12 апреля 1981г., ровно через двадцать лет после первого полета человека в космос, шаттл «Колумбия» стартовал с мыса Канаверал. Совпадение было случайным, и вызвано двухдневным переносом старта из-за технических проблем. Янг и Криппен успешно выполнили программу тестирования всех систем космического челнока, и два с половиной дня и 37 витков спустя благополучно посадили «Колумбию» на дно высохшего озера в пустыне Мохаве.

«Колумбия» приземляется

— Мне поставить его в ангар? — в шутку спросил Янг.

— Не, — оператор связи рассмеялся. — Сначала нам надо сдуть с него пыль.
Во время своего полета из атмосферы в космос и при возвращении с орбиты назад в атмосферу, когда на высоте 78 км челнок вошел в плотные слои атмосферы со скоростью 24 Мах, Джон Янг побил все мыслимые для крылатого летательного аппарата рекорды скороподъемности, высоты и скорости полета. Как пилот, он достиг вершины, и ему больше не было к чему стремиться.
Неплохо для деревенского мальчишки, делавшего модельки бипланов из мусора?

Джон Янг на фоне своего портрета на эпической фреске Роберта Макколла, JSP, 1979. Credit: lightthiscandle.tumblr.com

В 1983 Янг в очередной (и как в последствии оказалось, в последний) раз повел «Колумбию» в космос, миссия STS-9. В этом полете Янг побил собственный рекорд, и стал первым человеком, шесть раз летавшим в космос, кроме того, в STS-9 был рекордный экипаж из шести астронавтов. В грузовом отсеке шаттла впервые была установлена европейско-американская многоразовая лаборатория Spacelab.
Еще раз Янг должен был отправиться в космос в августе 1986 на шаттле Атлантис, и целью этого полета был вывод на орбиту легендарного телескопа «Хаббл». Но катастрофа шаттла «Челленджер» в январе того года перечеркнула эти планы. Во время разбирательства комиссии Роджерса, Янг критиковал администрацию NASA за то, что между отделами нет полного обмена информацией, в частности, его Бюро не получало сведений о том, что уплотнительные кольца бустеров могут разрушаться при отрицательной температуре.
Этот демарш не остался без последствий. В мае 1987г. Янг был переведен на вновь созданную должность специального помощника директора Космического Центра им. Джонсона (JSC) по вопросам инжениринга, операций и безопасности. Фактически же он был отстранен от ответственной работы в пилотируемых программах и рассматривал свое назначение как наказание. «Хаббл» был выведен на орбиту в 1990г., экипаж был тот же, только вместо Янга назначили другого командира. В 1996г. Янга назначили заместителем директора JSC по техническим вопросам.

Это было не повышение, и я занимался тем же самым, но теперь больше людей стали прислушиваться к моим беспокойствам по вопросам инжениринга, операций и безопасности.

31 декабря 2004г. Джон Янг ушел в отставку в возрасте 74 лет. Но еще в течении нескольких лет он продолжал посещать по понедельникам утренние совещания в Бюро астронавтов в JSC. Всё-таки без таких опытных людей NASA было не обойтись.
В последние годы Янг преисполнился пессимизма в отношении NASA и высказывал опасения за судьбу космической программы США из-за засилья бюрократии, отсутствия интереса к освоению дальнего космоса и попыток коммерциализации космонавтики. В последний год его работы вроде бы случился проблеск надежды. В январе 2004г. Джордж Буш объявил свое новое видение американской космической программы. Это видение предусматривало завершение программы МКС и возобновление пилотируемых полетов к Луне до 2020г., и даже к Марсу. Программа «Созвездие» предусматривала создание нового корабля, похожего на Аполлон, способного доставить в космос до 7 астронавтов, более простого и надежного, чем Спейс Шаттл. Проект подобного аппарата CRV/CEV, способного также служить спасательной шлюпкой на МКС, Янг с немногими единомышленниками предлагали еще в 2003г. Любопытно, что для нового корабля NASA выбрало название «Орион» — так назывался лунный модуль Аполлона-16.
Но в мае 2009г. новая демократическая администрация Обамы урезала финансирование NASA, и программа «Созвездие» фактически была закрыта. В течении года администрация NASA всё же сумела убедить великого чёрного популиста не гробить американскую пилотируемую космонавтику, и в 2010г. новая лунная программа была восстановлена, хоть и в очень урезанном виде, и под новым названием «Артемида».
Также большое возмущение у Янга вызывало настойчивое стремление Обамы коммерциализировать космонавтику, в т.ч. и пилотируемые программы.

Также я был не согласен с утверждениями Обамы, что частные разработки систем запуска на низкую околоземную орбиту будут продвигаться достаточно быстро, и что они смогут обеспечить «строгие стандарты безопасности». Но он не сказал ничего, и вероятно не знал ничего о том, каким образом эти стандарты безопасности могут быть гарантированы. Строчками в контракте? Государственным надзором и регулированием? Наши существующие носители прошли тщательнейшую проверку на безопасность. Пройдут ли такую проверку корабли частных компаний? Каким образом это будет сделано?

Можно сказать, что такое недоверие к частной космонавтике было вызвано тем, что Янг в течении многих лет, еще с программы Джемини, постоянно имел дело с частными подрядчиками. Но подобного мнения придерживались и многие другие ветераны начала космической эры.

Биография Джона Янга вышла в свет в 2012 году. И, будем откровенны, тогда у него были все основания для самого черного пессимизма.

Я опасаюсь того, что заигравшись [в частную космонавтику], NASA утратит компетенцию в разработке будущих [пилотируемых] программ за пределами околоземной орбиты. Откуда возьмется наша следующая пилотируемая программа, не говоря уже о прорывных технологиях, столь важных для прогресса, и просто-напросто для выживания человеческой расы?
Если мы продолжим идти теперешней «верной дорогой», то ответ очевиден.
Ниоткуда.

Но, к счастью, события последних лет вселили в старого астронавта новую надежду. В декабре 2014 наконец состоялся первый испытательный полет прототипа корабля Орион. В декабре 2017г. вся Америка с трепетом следила как готовят к старту тяжелую ракету Falcon Heavy, построенную на собственные средства частной компанией SpaceX. В качестве полезной нагрузки в первом полете выступал личный автомобиль Илона Маска. 5 января 2018 года Джон Янг скончался от пневмонии в своем доме в Хьюстоне. Falcon Heavy триумфально стартовала ровно через месяц, 6 февраля 2018г. Янг совсем немного не дожил до этого события, и не увидел эпохального полета пилотируемого корабля Crew Dragon год спустя, но я убежден, что в конце жизни мнение Янга о перспективах частной космонавтики изменилось к лучшему. Замечу, кстати, что в последние годы жизни Янг был озабочен той же проблемой, что и Илон Маск, а именно проблемой выживания человечества как вида на единственном небесном теле, под названием Земля, на котором наш вид смог расселиться в настоящее время.

В конце интервью 2005г. корреспондент издания Air & Space предложил Янгу сказать еще что-нибудь напоследок. «Продолжайте летать», — сказал он. — «Это весело. И это определенно лучше, чем вкалывать». Наверное, так и есть.

В завершение приведу заключительные слова из биографической книги Дж. Янга «Forever Young: Жизнь и приключения в воздухе и Космосе.»

«Моя жизнь была долгой и интересной. И она также всегда была полна весёлой, тяжелой и сложной работы. Если бы я мог прожить её еще раз, я прожил бы её точно так же. По большей части, жизнь была для меня чудом.
Я хотел бы, чтобы и жизнь будущих поколений также была полна чудес.
И если у вас останется какое-то впечатление от этой книги, то я хотел бы, чтобы оно было таково: Джон У. Янг — как инженер, как пилот, как астронавт, как исследователь, как человек — всегда думал о том, как все мы могли бы сделать следующий шаг вперед — и совершить это самое лучшее, самое захватывающее, самое познавательное и поучительное путешествие, какое когда-либо предпринимало человечество.
Определенно, это именно то, к чему я стремился всегда.»

Экипажи первой и последней миссий Спейс Шаттл, 2011.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

62
Войдите, чтобы видеть ещё 23 комментария, участвовать в обсуждении и не видеть рекламу.
Майор Том
Вечность назад

Я прочитал с удовольствием. Отличная статья, большой труд. Спасибо.

Весёлый Илон
Вечность назад

Великолепный материал. Было очень интересно читать, отдельное спасибо за цитаты из книги.

Вернер фон Браун
Вечность назад

Здорово! Познавательно и увлекательно. Спасибо.

Показать скрытые комментарии

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Отправить Отмена
[X]
If you were unable to log in, try this link.